user_mobilelogo

Для Ивановской звонницы предназначался и знаменитый Царь-колокол. История его начинается со времен Бориса Годунова, повелевшего отлить колокол весом более чем в тысячу пудов и повесить на деревянном срубе. Однако в один из кремлевских пожаров деревянная звонница сго­рела, колокол упал и разбился. Алексей Михайлович приказал перелить его с большой добавкой металла, доведя вес до 8000 пудов, и поместить на Филаретову пристройку. Но царский благовестник повторил судьбу предшественника, разбившись при пожаре 1701 г.

В 1730 г. только что взошедшая на престол императрица Анна Иоанновна пожелала еще раз перелить обломки. Новый колокол должен был весить 13000 пудов (более 200 тонн). Отливка колокола та­кого размера представляла чрезвычайно сложную техническую зада­чу. Разрешить ее взялся мастер Иван Моторин. Прямо на площади ле­том 1734 г. начали устраивать печи. Первая отливка оказалась неудачной: печи прорвало, и металл ушел в землю, к тому же чуть было не начался пожар. Моторин начал подготовку ко второй отливке, но не успел завершить работу. Дело успешно продолжил его сын Михаил. Когда все сно­ва было готово к отливке, на площадь на всякий случай собрали 400 пожарных, и коломенский архиепископ Вениамин после молебна собст­венноручно затопил первую печь. 25 ноября 1735 г. литье было благо­получно закончено.

В целом декоративное убранство Царь-колокола — образец искусства барокко, в котором  нашли отражение тенденции русского изобразительного искусства первой половины XVIII века и итальянская выучка скульптора. Скульптор Ф. Медведев, некогда посланный Петром I для обучения в Венецию, украсил литейную форму множеством орнаментов, надписей и рельефными фигурами Алексея Михайловича и Анны Иоанновны, которые надо было очистить и прочеканить. Поэтому колокол так и оста­вался в яме, на решетчатом помосте, до 1737 г., когда в Кремле в очередной раз разбушевалась огненная стихия. Над литейной ямой вспыхнула деревянная кровля, а при тушении огня водой колокол неравномерно охладился и треснул. Вначале его думали перелить, но по составленной смете расходы оказались больше, чем затратили на первоначальную отливку. Затем возник проект (правда, вряд ли осуществимый) припаять отколовшийся край, однако автор проекта, архитектор Форстенберг, умер от чумы 1770 г. Тем временем колокол продолжал оставаться в яме. В 1821 г. по повелению Александра I яму расчистили и спустили в нее лестницу для удоб­ства любителей достопримечательностей. На поверхность земли Царь-колокол извлекли только в 1836 г., водрузили на постамент и приварили сверху проушины-кронштейны, несущие державу с крес­том; механизмы для подъема колокола сконструировал строитель Исаакиевского собора в Петербурге, архитектор и инженер О. Монферран.

 

 «Посетители Кремля часто задают вопрос о возможности отреставрировать уникальный колокол, чтобы он мог звучать. Этой проблемой интересовались еще в XVIII веке. Сначала появились исходившие от литейщиков предложения о перелитии колокола. Позднее — о возможном впаивании осколка. Наиболее интересными были проекты 1890-х годов известных российских инженеров Н.Н. Бенардоса и Н.Г. Славянова. В конце XIX века в прессе даже развернулась дискуссия о необходимости реставрации колокола. Современное состояние техники, конечно, позволяет запаять существующие трещины и даже вернуть на место осколок. Однако при этом неизбежно пострадает неповторимый декор Царь-колокола. Тем более, невозможна его переливка в новый звучащий колокол, поскольку он является памятником истории, искусства и литейного дела.»

                                                                                                                                                                                                                               И.Д. Костина Колокола Московского Кремля. Москва, 2007

 

 

Яндекс.Метрика Индекс цитирования. Анализ сайта www.guida-turistica.ru